May 12th, 2021

Задачи политической борьбы. Часть 3.

      Сейчас я затрону очень болезненную струну наших левых. Я не садист, но вам, господа, еще многое от меня придется вытерпеть. Вы этого заслужили, не побоюсь этого сказать, всей своей паршивой жизнью.
      Я про одного из самых главных ваших кумиров, про умершего в 2019 году фронтовика, поэта, прозаика, критика, публициста Владимира Сергеевича Бушина. Откройте статью Википедии о нем, раздел «Книги», посмотрите, что вышло из под пера Владимира Сергеевича до 90-х годов, и что после. Впечатляет? Внезапно на 70-летнего Бушина снизошло творческое рвение.  8 книг за всю его творческую биографию до 1994 года и больше 40 книг с 1994-го. Настоящая известность к нему пришла после издания в нулевых годах книги с разгромной критикой Солженицына «Гений первого плевка». После нее Бушин стал желанным гостем во всех наших левых медиа и печатных изданиях.
      Есть только в его биографии один нюанс, о котором сам Владимир Сергеевич вспоминал, оправдываясь. Не вспоминать об этом нюансе было опасно, потому как «что написано пером, не вырубишь топором», и «слово – не воробей, вылетит – не поймаешь».  Нюанс заключается в том, что именно сам Бушин с подачи Твардовского активно поддерживал и продвигал молодого Солженицына, делая ему славу своими статьями, как о литературном таланте. Оправдываясь, Бушин писал, что не ожидал дальнейшего крена автора «Одного дня Ивана Денисовича», повести, которую они с Твардовским расхваливали на все лады, в лютую антисоветчину.
        Прочитав эти его оправдания в книге о Солженицыне, я понял, что из себя представляет сам Бушин. Не гарантирует проявленная на фронте отвага дальнейшего сползания в болото приспособленчества и паскудности.
     Как только в конце 80-х годов стал у нас издаваться Солженицын, я первое, что у него прочел, была «Один день Ивана Денисовича». Повесть поразила. Не художественными достоинствами, там их и на грош нет, а именно лютым антисоветизмом и антисталинизмом. Хоть Бушин и был человеком весьма и весьма уважающим зеленого змия, особенно в коньячном исполнении, судя по его дневникам, но даже со зверского перепоя в повести Исаича узреть литературный талант и не заметить антисоветчины было невозможно. Никак невозможно!
     Хвалить Солженицына партийным Твардовскому и Бушину можно было только по приказу начальства, их партийного начальства. Т.е., два этих литератора вполне себе включились в работу по исполнению решений 20-го съезда КПСС в рамках борьбы с «культом личности».  Именно с подачи таких коммунистов хрущевского розлива, занявших редакторские должности (Бушин был редактором целого ряда журналов), по литературе расползалась «хрущевская слякоть» (выражение Е.Спицына, я у него это позаимствовал), которая закончилась брежневским болотом.
    У самого же Владимира Сергеевича так и не хватило до конца жизни смелости и совести признаться в том, что не ошибочная оценка Солженицына двигала им в хрущевские годы, а карьеризм и угодничество, коммунист Бушин закончился тогда, когда принял указание Твардовского написать хвалебную статью о «гении первого плевка».
     В обмен получил безбедную жизнь на непыльных редакторских должностях. Вы помните такого поэта Бушина? Хоть один его стих, написанный до 90-х годов? А ведь если судить по изданным поэтическим сборникам – поэт масштаба никак не менее Есенина. Десятками тысяч экземпляров издавался. Только это почти никто не читал. А кто читал «Эоловы арфы» о Марксе и Энгельсе? Я попробовал. Попробуйте и вы, оцените талант, только, зевая, челюсть себе не вывихните. 350 тысяч экземпляров! 350 тысяч экземпляров романа, которого в СССР… Вы мне будете утверждать, что за ним очереди в книжных магазинах стояли и в библиотеках он нарасхват был?
        Неплохо вознаграждалась работа по исполнению решений 20-го съезда, согласитесь. Специально возьмите изданные при жизни автора его дневниковые записи, прочтите их. Это очень поучительно. Из них вы поймете, почему Бушин гордился, что он жил в самой прекрасной стране. Чувству прекрасного не мешало то, что в этой стране именами расстрелянных при Сталине участников фашистско-троцкистских заговоров были названы улицы и площади, им были поставлены памятники, о них писались хвалебные книги и снимались фильмы…
          И, одновременно с ощущением жизни в прекрасной стране, сделавшей из Тухачевского и Уборевича героев, Владимир Сергеевич почувствовал в своей груди пламенную любовь к Сталину. Только уже тогда почувствовал, когда это чувствовать стало безопасно. В проклинаемой им буржуазной России. При Брежневе еще не чувствовал. Тогда еще нельзя было чувствовать. Даже в дневниках старался о Сталине не вспоминать. О том, сколько и где коньяка хлобыснул, как по несколько раз в год в писательских санаториях поправлял изнуренное редакторской службой здоровье – писал. О своем Главнокомандующем вспомнил только тогда, когда это воспоминание стало приносить гонорары уже от издательств государства, которое он всячески поносил.
       Может вы мне еще скажете, что он за свой сталинизм в нашем буржуйском отечестве гонениям подвергался, издатели его книги избегали печатать? Только учтите, что я в армии служил, поэтому даже в цирке уже не смеюсь. Напротив, никому, кроме узкого круга литераторов, неизвестный Бушин в РФ стал звездой.
      А знаете кто больше всех восхищался Бушиным? Тоже один из любимцев наших левопатриотов – Станислав Куняев, награжденный Путиным «Орденом Дружбы». Может за то, что восхищался книгой Бушина «Карнавал Владимира Путина».
       Иногда даже не верится, что всё – это реальность…
Огромная благодарность всем за поддержку

карточка Сбербанка 2202200535946089.

карточка Тинькофф 5213 2439 6756 4582