June 20th, 2020

Отрывки из "Большого террора". Черновой вариант главы 5 (часть 12)

    Но сначала разберемся до конца и с самим НКВД, и с такой его структурой, как Особое совещание. Начнем с Постановления ЦИК СССР от 10 июля 1934 г. «Об образовании общесоюзного Народного Комиссариата Внутренних дел»:
«Центральный Исполнительный Комитет Союза ССР постановляет:
1. Образовать общесоюзный Народный комиссариат внутренних дел со включением в его состав Объединенного государственного политического управления (ОГПУ).
2. На Народный комиссариат внутренних дел возложить:
а) обеспечение революционного порядка и государственной безопасности;
б) охрану общественной (социалистической) собственности…
3. В составе Народного комиссариата внутренних дел образовать следующее управления:
а) Главное управление государственной безопасности;
б) Главное управление рабоче-крестьянской милиции…»
     Как мы видим из этого Постановления, на НКВД СССР борьба со всеми проявлениями преступности, как общеуголовного характера, так и «политического», была возложена целиком и полностью. Для этого в единый наркомат были сведены и органы госбезопасности, и органы милиции. А дальше в Постановлении два очень интересных пункта:
«6. Народному комиссариату внутренних дел Союза ССР и его местным органам дела по расследуемым ими преступлениям по окончании следствия направлять в судебные органы по подсудности в установленном законом порядке.
7. Дела по управлению государственной безопасности Народного комиссариата внутренних дел направлять в Верховную суд Союза ССР, дела же о таких преступлениях, как измена родине, шпионаж и подобные им, передавать в Военную коллегию Верховного суда Союза ССР или в военные трибуналы по подсудности».
    
         Как мы видим, все следственные дела, за исключением тех, которые расследовались органами госбезопасности, с 1934 года уходили по подсудности в суды районные, областные, республиканские. Т.е., 58-я статья, та статья, которой занимались только органы госбезопасности, этим Постановлением была выведена из подсудности всех судов, кроме Верховного суда, его Военной коллегии и военных трибуналов. Да-да, вся 58-я! Никакой областной суд и никакая его коллегия к рассмотрению дела по 58-ой статье не принимали. Пусть даже обвиняемый будет колхозным сторожем в глухой деревне – в Верховный суд. Это – о масштабах политических репрессий красноречиво говорит. Особенно в свете того, что современные «патриоты СССР» стали придумывать, что чекисты специально натягивали сову на глобус, т.е. на обычную уголовку 58-ю статью. Да-да, чтобы дело потом в Верховный суд направить – в высшую инстанцию сразу.
      И пункт 8-ой Постановления:
«При народном комиссаре внутренних дел Союза ССР организовать Особое совещание, которому на основе Положения о нем, предоставить право применять в административном порядке высылку, ссылку, заключение в исправительно-трудовые лагери на срок до пяти лет и высылку за пределы Союза ССР».
    НКВД отвечал за борьбу как с уголовной, так и с политической преступностью, поэтому ОСО имело право применения административных мер в виде до 5- лет высылки, ссылки, заключения и к тем, и к другим. Разумеется, если речь не шла о преступлениях, минимальное наказание за совершение которых превышало 5 лет.
Например, в УК РСФСР 1926 года была такая статья:
«58_1а. Измена родине, т.е. действия, совершенные гражданами Союза ССР в ущерб военной мощи Союза ССР, его государственной независимости или неприкосновенности его территории, как-то: шпионаж, выдача военной или государственной тайны, переход на сторону врага, бегство или перелет за границу караются -
   
     высшей мерой уголовного наказания - расстрелом с конфискацией всего имущества, а при смягчающих обстоятельствах - лишением свободы на срок десять лет с конфискацией всего имущества».

     Видите, что при любых смягчающих обстоятельствах дело по этой статье в ОСО направить нельзя. Там минимальное наказание 10 лет лишения свободы, оно превышает полномочия ОСО.
  И Особое совещание было введено также Постановлением от 5 ноября 1934 г. высшего законодательного органа страны – ЦИК:
«В развитие ст. 8 Постановления Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР от 10 июля 1934 г. «Об образовании общесоюзного Народного Комиссариата Внутренних Дел» Центральный Исполнительный Комитет и Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляют:
1. Предоставить Народному Комиссариату Внутренних Дел Союза ССР право применять к лицам, признаваемым общественно-опасными:
а) ссылку на срок до 5 лет под гласный надзор в местности, список которых устанавливается Народным Комиссариатом Внутренних Дел Союза ССР;
б) высылку на срок до 5 лет под гласный надзор с запрещением проживания в столицах, крупных городах и промышленных центрах Союза ССР;
в) заключение в исправительно-трудовые лагеря на срок до 5 лет;
г) высылку за пределы Союза ССР иностранных подданных, являющихся общественно-опасными».
      На пункт «б» я обращу особое внимание, как мы видим, что даже для того, чтобы получить НКВД право выслать за «101-ый километр» проститутку, пристававшую к иностранцам у гостиницы «Метрополь» под гласный надзор, а это обязательство приходить по положенным дням в райотдел милиции и там отмечаться, не более того, понадобилось целое Постановление ЦИК. Законодательный акт.
    Наконец, Постановлением определен и состав ОСО, он очень и очень интересен:
«2. Для применения мер, указанных в ст. 1, при Народном Комиссаре Внутренних Дел Союза ССР под его председательством учреждается Особое Совещание в составе:
а) Заместителей Народного Комиссара Внутренних Дел Союза ССР;
б) Уполномоченного Народного Комиссариата Внутренних Дел Союза ССР по РСФСР;
в) Начальника Главного Управления Рабоче-Крестьянской Милиции;
г) Народного комиссара внутренних дел союзной республики, на территории которой возникло дело.
3. В заседаниях Особого Совещания обязательно участвует Прокурор Союза ССР или его заместитель, который в случае несогласия как с самим решением Особого Совещания, так и с направлением дела на рассмотрение Особого Совещания, имеет право протеста в Президиум Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР.
В этих случаях исполнение решения Особого Совещания приостанавливается впредь до постановления по данному вопросу Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР».
   Во-первых, у этого совещания есть Председатель, который является прямым и непосредственным начальником всех, кто входит в Совещание. Нарком НКВД. Совещание именно при наркоме. Т.е., решение по результатам рассмотрения дел на совещании выносится не по результату подсчета голосов «за» и «против», а решением председателя и он подписывает документ с решением. Подписи других членов Совещания на решении совершенно неуместны. Все другие – подчиненные наркома, а не члены какой-нибудь инвентаризационной комиссии.
   Во-вторых, на решении ОСО есть еще одна подпись – лица, согласующего это решение, как мы видим из пункта 3 Постановления. Его участие обязательно и подпись о согласовании с решением либо с его несогласием- обязательна. Т.е., на всех приговорах ОСО стоят две подписи: Председателя ОСО, наркома внутренних дел, и прокурора СССР. Лица, вынесшего решение, и лица, его согласовавшего. И – 5 лет, не более. Максимум данных Законом прав.
   Это мы с вами нашли загадочную «комиссию наркома внутренних дел и Прокурора СССР», которая в 38-м году рассмотрела сто с лишним тысяч дел «Особых троек НКВД» и приговорила к ВМН сто с лишним тысяч человек в рамках «национальных» операций. Якобы, конечно. В ОСО, по Постановлению ЦИК,  эта «Комиссия» имела право – до 5 лет, в рамках «оперативных приказов» Ежова – к расстрелу.
    Для наглядности: «ст.58-4. Оказание каким бы то ни было способом помощи той части международной буржуазии, которая, не признавая равноправия коммунистической системы, приходящей на смену капиталистической системе, стремится к ее свержению, а равно находящимся под влиянием или непосредственно организованным этой буржуазией общественным группам и организациям, в осуществлении враждебной против Союза ССР деятельности влечет за собой -
   
     лишение свободы на срок не ниже трех лет с конфискацией всего или части имущества, с повышением, при особо отягчающих обстоятельствах, вплоть до высшей меры социальной защиты - расстрела или объявления врагом трудящихся, с лишением гражданства союзной республики и, тем самым, гражданства Союза ССР и изгнанием из пределов Союза ССР навсегда, с конфискацией имущества».

     Эта статья напрямую касается «национальных» операций. Репрессий всех «харбинцев», «поляков», «македонцев». И эта статья вполне в компетенции ОСО, там не ниже трех лет. ОСО вполне могло и 3 года, и 4, и 5 дать, рассмотрев дело по этой статье. Прикол только в том, что нарком внутренних дел и Прокурор СССР, пользуясь полномочиям, предоставленными Законом, в ОСО могли по этой статье дать только 5 лет лишения свободы, и они же, нарком и прокурор, пользуясь полномочиями, предоставленными Приказом, давали и «вышак» и 10 лет по этой же статье, но только в составе «Комиссии НКВД и Прокурора СССР». Причем… (Гусары, т.е., юристы, не ржать!) – и ОСО, и эта «Комиссия» существовали одновременно!...